Ирина Дубровская

Из дневника

Ничем не примечательные с виду,
текут себе мои земные дни.
Отмечу их с вниманьем и надеждой,
взгляну на них с высокой колокольни
Поэзии…
А после — будь что будет!
Причудлива судьба искусств словесных:
они как воздух — всё и ничего.
Пока мы дышим, воздух мы не ценим.
Он сам собою проникает в грудь,
давая нам возможность жить, желать
и пожинать плоды своих желаний.
Но так же сам собою он уходит,
и остаётся пустота удушья,
уже невосполнимая ничем…

Вот так и слово: насыщая душу
незримым, несказанным, неземным,
оно ничто пред натиском прогресса.
Но нет его — и жалок человек:
он как навоз — лишь удобряет землю,
томясь бескрылой немощью своею,
рядясь во всевозможные личины
и тщетно убегая от себя….

Однако же и слову нужно тоже
расти и обновляться каждый день,
не обрастая косностью рутинной,
не становясь поверхностным и «модным»,
не потакая пошлости и лжи.
Тогда оно способно утолять
всех жаждущих насущную потребность
и как источник — сохранять прозрачность
средь мутных вод, средь пустоши безводной.
Чтоб человек, испив из этой чаши,
стряхнул тоску и прах тысячелетий
и вспомнил, что в начале было Слово,
тождественное Богу одному.